Христос есть Агнец, от создания мира закланный,
И Сына отдал Бог Отец не без борьбы.
Спасение - дар, не кое-как состряпанный,
И уж не плод иллюзий и мечты.
Так возлюбил Бог мир, что ради человечества,
Как жертву - Сына Своего послал на смерть,
Чтоб всякий верующий мог иметь жизнь вечную
И покаянным сердцем грех стереть.
Был план спасения - ПРЕЖДЕ сотворения,
Возможность возвратиться к Богу есть!
Не нужно быть ни мудрецом, ни гением,
Что признать - Бог есть любовь, не месть.
О, тайна искупления! Безграничная
Любовь Творца к тому, кто не воздал
Любовью за любовь!.. Но то - вторичное...
Бог - ПРЕЖДЕ возлюбил и ПРЕЖДЕ знал.
...А той любви, превосходящей разумение,
Кто мог постичь и мог благодарить -
Как тот, кто верит твердо, без сомнения,
Что Бог и вечность может подарить.
Богданова Наталья,
Россия. Москва
Господь принял меня в семью Своих детей в 1999 году. Работаю врачом.
Несколько лет своими стихами говорю людям о любви Христа.
За все, что было, есть и, конечно, будет в моей жизни благодарю моего Спасителя! e-mail автора:bogdanova_n@list.ru
Прочитано 7954 раза. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
